Папарацци — развлекательный online-журнал о звездах Совместно с Гайдпарк Папарацци - развлекательный online-журнал о звездах
вход
| регистрация
Фриске Пугачева Бузова Водонаева Боня Седокова Волочкова Гомес Кардашян Собчак Шейк Шишкова Барановская Дом 2


Сaмое гoрячее за неделю!


4
Николай Караченцов

Николай Караченцов

звезда кино

Главное слово, которое ассоциируется с его биографией, – очень нелюбимый мужчинами глагол «должен». Похоже, с раннего детства он только и делал, что выполнял обязательства, возложенные жизнью. Причем, выполнял старательно, с душой и подлинным рвением. Обязан был стать хорошим сыном и радовать маму, обязан любить жену. Обязан преданно служить в театре и не разочаровывать поклонников. Обязан до последнего бороться с болезнью, лечения у которой нет. Человек долга – Николай Караченцов.

Детство

«Мама много ездила, редко меня воспитывала, чаще этим занималась улица. Маму я любил патологически», - тут сразу и становится понятно, откуда эта обостренная ответственность перед жизнью. Родители Караченцова развелись еще до его рождения. Отец, художник-график журнала «Огонек», хоть и часто приходил навестить сына, активного участия в его воспитании не принимал. В свою очередь мать просто физически не могла уделять должное внимание ребенку: успешный балетмейстер-постановщик, она постоянно ездила в командировки по всей стране.  «Я рос с пониманием: даже если мамы нет, надо убирать дом, – вспоминал актер. -  Но как себя заставить? Я брал пепельницу и вываливал ее на пол, понимая, что приду вечером и мне будет стыдно на эту грязь смотреть. Так я себя заставлял, чтобы в квартире все было вылизано».
Точно так же было и с учебой – уроки никто не проверял, успеваемость не контролировал, но плохо учиться было неприлично, неприемлемо для пионера и комсомольца, поэтому оценки Караченцов старался получать только хорошие. Порой это чувство ответственности у подростка принимало комичные формы. «Однажды я потерял свой комсомольский билет, - вспоминал актер. - Переживал я страшно. Как положено, повинился перед комсомольским собранием, целиком признал свою вину и попросил наказать меня построже. Мне выговор хотели объявить, а я кричал: нет. Мало этого, исключить меня надо, исключить! И я не претворялся, кричал по убеждению. Хотел, чтобы меня выгнали, а я потом, что называется, кровью заслужу право называться комсомольцем! Идиот, одним словом!»

В детстве больше всего на свете Караченцов мечтал стать артистом балета, что в свете его постоянного пребывания за кулисами Большого театра понятно. Но благоразумная мама сказала категорическое «нет»: она прекрасно понимала, какими силами душевными и физическими дается балетная профессия. А чтобы ребенок не переживал из-за разбитой мечты, отвела его спортивную секцию. «Сначала я попал в секцию по прыжкам в воду, - рассказывал актер. - Там с нами серьезно занимались гимнастикой и акробатикой. Результаты были неплохие, я побеждал на соревнованиях, входил в состав городской сборной по прыжкам в воду. Во всяком случае, быстрота реакций, координация, гибкость и растяжка - несомненно, результат детских тренировок. Лет с тринадцати, когда я подрос, стал заниматься еще и большим теннисом».
И все же, несмотря на мамины протесты и успехи в спорте Караченцов не мог забыть о театральной сцене. Виной тому стала деревня Щелыково в Костромской области, которая и по сей день остается любимым местом актера.  Именно там, рядом с бывшей усадьбой Александра Островского находился санаторий для театральных работников, куда Николай Петрович с мамой приезжали каждое лето. «Приезжая туда, я сразу попадал в определенную атмосферу. Сложную и интересную, - вспоминал Караченцов. – Помню, сижу я у костра, мне всего двенадцать, ребенок, а в Щелыкове рядом со мной и мамой живут Чирков, Пашенная, Царев, Жаров, Сашин-Никольский. При мне впервые приехал отдыхать в Щелыково молодой артист цыганского театра «Ромэн» Николай Сличенко. Он поет на краю обрыва ночью у костра «Милая, ты услышь меня». Поет так, как, мне кажется, он никогда в жизни не пел и не споет, потому что в этот день у него дочь родилась. Я все это слышал, видел, наматывал на ус».

А тут еще в 10-м классе совершенно случайно Караченцов попал в студию самодеятельности школьников при Центральном детском театре. Занятия сценическим мастерством настолько увлекли мальчика, что после окончания школы он твердо решил стать актером.  

Карьера 

«В трудовой книжке у меня две записи. Первая - институт, вторая - театр имени Ленинского комсомола, "Ленком". У меня вообще биография в трех строчках - школа, институт, театр. Все!» Позволим себе не согласиться с  Николаем Петровичем. Помимо этих трех строчек в его биографии можно найти много чего интересного. Например, то,  что в школу-студию МХАТ он попал, вопреки сложившемуся стереотипу, с большим трудом.  «Поступал я сложно - у меня был повторный третий тур, потом долго решали: взять меня вольнослушателем или сразу зачислить на курс, - рассказывал актер. - Сначала решили сделать вольнослушателем, но с первого сентября я был назначен в основной состав. Учиться я начал очень легко - у меня все получалось. А на втором курсе что-то застопорилось».  Застопорилась, конечно, дисциплина. Пожалуй, в первый раз в жизни Николай Петрович позволил себе расслабиться и воспользоваться отсутствием досмотра со стороны мамы. Утренние занятия Караченцов благополучно просыпал, оценки получал низкие. Правда, после доходчивого внушения со стороны педагогов быстро опомнился. Со второго курса Николай Петрович стал получать Качаловскую стипендию, а институт закончил с красным дипломом. 
Выпускникам школы-студии МХАТ испокон веков дорога была одна – в Камергерский переулок, но попасть туда Караченцову не было суждено. В 1967 году Московский театр Ленинского комсомола в связи катастрофическим недобором актерского состава попросил руководство легендарного ВУЗа о помощи. Впервые за всю историю существования школы, в виде исключения, десять ее лучших выпускников были направлены в Ленком, среди них оказался и Николай Петрович. «Возглавлял тогда театр Владимир Монахов, - вспоминал Караченцов. - Я ему благодарен уже за то, что он мне давал много играть, назначал на главные роли, а это совсем немаловажно - ощутить на своих плечах такой вес. Ведь я тащу на себе весь спектакль, кручусь вьюном, а в нем занято сто человек. Но я понимаю, именно я его тащу».
Опыт первых лет работы очень помог Караченцову, когда в театр пришел Захаров. В 1973 году новый художественный руководитель «Ленкома» задействовал молодого актера в своей дебютной постановке на новой сцене - «Автоград 21», а уже через год назначил Николая Петровича на главную роль в легендарном «Тиле». Сегодня критики и историки театра не устают сокрушаться о том, что до наших дней не дошло ни одной видеозаписи спектакля – настолько мощным и пронзительным он был. После премьеры  - и это редкость для актера исключительно театрального – Николай Петрович стал настоящим секс-символом. Одни истеричные дамы срывали фотографии актера из галереи театра и караулили его на соседних крышах, другие писали гневные письма с просьбой немедленно исключить столь уродливого артиста из всех постановок. «Все, что я сделал в этой жизни, я сделал своими руками, - признавался Караченцов. – Но, с другой стороны, моя судьба — это ряд случайностей. Так случилось, что я попал в "Ленком", а в то время туда пришел Марк Анатольевич Захаров, который поверил в меня, тогда еще сосунка. Так случилось, что он доверил мне роль Тиля Уленшпигеля в спектакле "Тиль". Это был большой толчок в моей творческой карьере. Так случилось, что "Ленком" стал популярным театром, и туда стали приходить киношники больше, чем в другие театры».
Сниматься после «Тиля» Караченцов стал действительно много. В течение  следующих 10 лет он умудрился появиться в 20 фильмах. Правда, культовыми оказались только три роли – в драме «Старший сын», комедии «Собака на сене» и неувядающих «Приключениях Электроника». Николай Петрович вообще чуть ли не единственный актер в нашей стране, чья главная роль сыграна не в кино, а в театре. Свой прыжок в вечность Караченцов совершил 9 июля 1981 года, когда на сцене «Ленкома» прошла премьера «Юноны и Авось».  «Самый счастливый случай в моей жизни - «Юнона» и «Авось», - признавался Николай Петрович пару лет назад. - Не каждому актёру так повезёт. Многие мечтали о подобной роли, был огромный успех. Меня в буквальном смысле слова носили на руках. Стало казаться: так будет всегда. А потом произошёл другой Случай. Несчастный. Я думаю, Бог послал мне это, чтобы очистить мою душу и дать понять, что такое жизнь без фанфар».

В 80-х работы у Караченцова стало еще больше. Кинорежиссеры разрывали его на колоритные роли, спектакли с его участием проходили с небывалыми аншлагами. Его и в Голливуд звали сниматься – трижды, но капитанов КГБ в средних фильмах средних режиссеров Караченцов играть не хотел и от предложений отказывался. Даже сложный для большинства актеров период 90-х Николай Петрович прошел относительно безболезненно – очень вовремя переквалифицировался из плохого парня, выделывающего бесконечные трюки, в аристократа из исторических фильмов, вроде «Королевы Марго», «Петербургских тайн» или «Досье детектива Дубровского». Свой 60-летней юбилей Караченцов встретил в бесконечной суете гастролей, съемок и спортивных подвигов, но авария, произошедшая в 2005 году, изменила всю его жизнь. Сегодня Николай Петрович стараниями своей жены по-прежнему много появляется в свете, выпускает мемуары, занимается спортом и даже дает интервью. Единственное, что уже никогда ему не удастся, – это снова выйти на сцену.
 
Семья

Жена Николая Караченцова Людмила Поргина как-то призналась: «Когда я поступила в «Ленком», мне сказали, что я ввожусь в спектакль «Музыка на 11-м этаже». Я пошла посмотреть спектакль. На сцену первым выскочил Саша Збруев, и зал заревел. А потом выскочило нечто - орущее, лохматое, вот с такими зубами. Я увидела его и подумала: «Вот если он станет моим мужем, свою жизнь могу считать бессмысленной». 

Сегодня о том, что Николай Петрович – главный смысл ее жизни, Людмила Поргина не устает повторять в каждом интервью. Они поженились в 1975-м году, после достаточно бурного и продолжительного романа. Еще через три года у пары родился единственный сын Андрей. «Я дал ему все, что можно: он окончил музыкальную школу, занимался теннисом, английским, даже балетом, чтобы быть пластичным, с хорошей растяжкой и осанкой, - рассказывал Караченцов. – «Но мы никогда не определяли ему будущее, и он сам никогда не хотел идти в актеры, наоборот, он всегда желал, чтобы что-нибудь случилось: сломался лифт или театр сгорел, чтобы мы с Людмилой не пошли на работу и всегда были с ним». Десять лет назад Андрей закончил факультет международного права МГИМО и сейчас работает юристом. В 2002 году он подарил Николаю Петровичу внука Петра. 

Несколько лет назад стало известно о том, что помимо родного сына у Караченцовых есть еще и сын приемный. Михаила Большакова Николай Петрович с женой увидели 11-летним мальчиком. Он учился в одном классе с детьми друзей семьи и был почти полностью лишен родительской заботы. Караченцовы не смогли пройти мимо несчастного мальчика из неблагополучной семьи и взяли его под опеку. Сначала стали его крестными, а затем и полноценными родителями. Сегодня Михаил называет Караченцовых «мамой» и «папой», а они в свою очередь считают его своим сыном. 

Авария

Это случилось 28 февраля 2005 года, на Мичуринском проспекте. Николай Петрович, расстроенный известием о смерти тещи, спешил домой с дачи, к жене. Но на скользкой дороге его «Фольксваген» потерял управление и врезался в столб. Диагноз врачей потряс страну: тяжелая закрытая черепно-мозговая травма с многоосколочным вдавленным переломом черепа, переходящим на основание. В большинстве случаев подобные травмы заканчиваются летальным исходом, но врачи Института Склифосовского не оставляли надежды спасти Караченцова. Второго марта в состоянии дважды прооперированного актера, наконец, наметилась положительная динамика, но он все еще находился в коме. Очнулся Николай Петрович только через 26 дней. «Возвращение Коли было долгим, он приходил в себя постепенно, буквально вытягивался ОТТУДА. Не только врачи тянули его, не только я - любовью и молитвами, - но и сам он силой своей воли поднимал себя, - вспоминала Людмила Андреевна. - Когда Коля вышел из комы, первое, что сделал, — выбил ногами спинку кровати в палате реанимации. Заявил: «Я жив!». 
С этого момента опасений за жизнь Караченцова у врачей стало меньше, правда, они предупреждали, что прежним Николай Петрович уже не станет никогда. Весь тяжелый процесс восстановления после травмы вместе с актером прошла его жена – женщина, как оказалось, нечеловеческой энергии. Она провела у постели мужа несколько месяцев, при этом регулярно давала интервью и информировала страну о состоянии всенародного любимца. Ровно через полгода после аварии, в тридцатилетнюю годовщину свадьбы Поргина и Караченцов обвенчались. «Всё изменилось. Как это ни странно прозвучит, но трагедия взяла меня за шкирку, встряхнула, заставила задуматься, - признавался Караченцов через несколько лет после аварии (слова ему помогала формулировать жена). - Я понял: каждая минута бесценна! Здоровые люди не ощущают красоты жизни, существуют будто по инерции и вязнут в мелких проблемках».
Страна восхищалась стойкостью и силой духа супругов, правда, вскоре рвение, с которым Поргина выводила в свет больного мужа, стало вызывать у многих недоумение.  Некоторые коллеги актрисы стали замечать, что она, наконец, начала получать внимание публики, о котором мечтала всю жизнь – слишком уж часто Караченцовы появлялись на телеэкранах и страницах газет. На этой почве в 2009 году даже разразился скандал. Людмила Андреевна захотела, чтобы в свой 65-летний юбилей Караченцов исполнил роль Бориса Пастернака в спектакле «Люблю - и больше ничего» на сцене Театра Эстрады. Друзья и коллеги артиста от этой идеи пришли в ужас. «Думаю, что проект, который возник у его супруги, сродни средневековому зрелищу, - признавался Марк Захаров. - Караченцов получил травму, не совместимую с профессиональной деятельностью. Сейчас разглядывать его в инвалидном кресле, по-моему, не нужно».
Обиду на своих коллег за подобные сомнения Людмила Андреевна бурно выражала на страницах глянцевых изданий. Проект не состоялся, а скандал потихоньку угас. «Тем, кто меня упрекает в том, что я его таскаю везде в таком состоянии по концертам, я отвечаю: «Я горжусь тем, что он жив! Я горжусь тем, что он адекватен! И я горжусь, что он не опустил руки, а продолжает бороться!  - признавалась Поргина. - Мне нечего бояться! Это наша жизнь, другой не будет!» Ведь он сам хочет увидеть спектакли. Я не могу сказать: «Сидеть дома и не выходить! Мне стыдно выводить тебя такого больного». А мне не стыдно!»
Сегодня актер по-прежнему говорит с большим трудом, не всегда может реагировать на окружающую обстановку, но переносит все тяжести своего заболевания и энтузиазм своей жены со стойкостью и мужеством, достойными восхищения. 

1 комментарий


АНОНИМ 5.4.2014 13:11

Я восхищаюсь и прекланяюсь перед людьми, которые пробуют все, буквально все методы и не жалеют никаких средств, борясь за жизнь своих близких! Пусть даже порой на наш взгляд, ненужных. Это- субъективное мнение людей, как правило, не прошедших такое испытание! Людмила-Вы молодец! Вы - Ангел!







+ Добавить в закладки
+ Добавить нoвость